IPB
Для читателей: поддержка сайта, к сожалению, требует не только сил и энергии, но и денег.
Если у Вас, вдруг, где-то завалялось немного лишних денег - поддержите портал







Здравствуйте, гость ( Вход | Регистрация )

 
Ответ в темуСоздание новой темы
> Михаил Калик: До свидания, мальчики! / 1964
Ирена Pisces
Сообщение #1


слабая женщина
Иконки Групп

Группа: Супермодератор
Сообщений: 5 298
Регистрация: 25 Апреля 2003
Из: Москва

 США 

Пользователь №: 1
Спасибо сказали: 240 раз(а)




Михаил Калик: До свидания, мальчики! / 1964

(IMG:http://img163.imageshack.us/img163/5572/dm012bj.jpg)


Рецензия: http://www.videoguide.ru/card_film.asp?idFilm=18871

Страна: СССР
Год выпуска: 1964
Продолжительность: 01:17:29

Режиссер: Михаил Калик

В ролях: Евгений Стеблов, Анна Родионова, Николай Досталь, Евгений Перов, Михаил Кононов, Ефим Копелян, Эльза Леждей, Евгений Моргунов, Виктория Федорова, Борис Сичкин, Наталия Богунова, Николай Граббе.

Описание: Фильм о поколении закончившем школу в канун Великой Отечественной войны. В городе у Черного моря живут три друга. Рассказывается об их дружбе, времяпровождении, надеждах, планах на будущее, в котором друзей ждет война. А пока молодость, солнце, море, первая любовь

Музыка Микаэла Таривердиева
Оператор Леван Пааташвили

по повести Бориса Балтера - читать здесь

Для просмотра этого блока необходима регистрация


КАЛИК, МИХАИЛ НАУМОВИЧ (наст. имя Моисей) (р. 1927), русский кинорежиссер, сценарист. Родился 29 января 1927 в Архангельске. Учился на режиссерском факультете ВГИКа (мастерская Г.Александрова), вместе с несколькими другими студентами в 1951 был арестован по делу Молодежной антисоветской террористической организации и приговорен к 20 годам исправительно-трудовых лагерей. Прошел несколько тюрем и лагерей, в т.ч. Лефортово и Озерлаг. Освобожден и реабилитирован в 1954, восстановлен на третьем курсе института, окончил его в 1958 (мастерская С.Юткевича). В качестве дипломной работы был засчитан сделанный во время учебы фильм Юность наших отцов (1958) по роману А.Фадеева Разгром, принесший режиссеру широкую известность.
После института работал на киностудии «Молдова-филм», где первое время помогал завершить находившийся в производстве фильм Атаман Кодр (1958) о борьбе молдавских повстанцев против помещичьего гнета. Сделанные затем самостоятельно картины Колыбельная (1960; Диплом почета Международного кинофестиваля в Локарно, 1960) и особенно Человек идет за солнцем (1961) свидетельствовали о приходе в советский кинематограф незаурядного таланта. История мальчика, по детской наивности решившего догнать солнце и видящего в пути самых разных людей, – это поэтическая притча о человеке, которому предстоит пройти все стадии жизни, миновать периоды счастья и потерь. О довоенных годах, времени невозвратимого и неправдоподобного счастья, рассказывает фильм До свидания, мальчики! (1964) по повести Б.Балтера. В фильме сыграли свои первые роли М.Кононов и Е.Стеблов и дебютировал более известный в качестве кинорежиссера Н.Досталь.

Любить (1968–1990) – лента со сложной кинодраматургией и композицией, где документальные кадры, беседы и интервью чередуются в особом ритме с игровыми новеллами. Очень важны для стилистики фильма эпиграфы из Библии, вынесенные в титры. Вопрос «Что значит – любить?» вырастает в один из самых важных вопросов бытия. На него пытаются ответить и безымянные прохожие, у которых берут интервью создатели фильма, и священник А.Мень, чьи размышления перед кинокамерой складываются в своеобразный философский монолог. Роли в четырех игровых новеллах по произведениям современных писателей великолепно сыграли актеры Л.Круглый, А.Фрейндлих, С.Гурзо-младший, С.Светличная. Претензии, предъявленные фильму, вторжение в художественную ткань, удаление эпизодов и перемонтаж вызвали протест режиссера, пытавшегося отстоять свои права через ВААП. Фильм был снят с экрана. Вовсе не увидел экрана телевизионный фильм Цена (1969) по пьесе А.Миллера (первый показ по Центральному телевидению – 1989).

Попытка властей открыть против режиссера уголовное дело в связи с платными выступлениями по клубам и показами его фильмов (обычная практика в то время), явное давление, изъятие картин на основании того, что фильмы принадлежат киностудиям и государству, побудили режиссера подать документы на выезд в Израиль. Все копии фильма Любить, смонтированные по авторскому плану, так или иначе пропали, фильм был частично восстановлен и доработан режиссером лишь в 1990 за границей (новый вариант отличается от первоначального).

Калик эмигрировал в ноябре 1971. Дата 14 ноября, как напоминание о прощании с родиной и дорогими людьми, присутствует в последнем фильме режиссера И возвращается ветер... (1991; Приз жюри «За мужество таланта» на кинофестивале «Кинотавр», Сочи, 1992). Это автобиографическая лента, рассказ о жизни автора начиная от времен детства, эвакуации (он видит в Алма-Ате С.Эйзенштейна, снимающего картину Иван Грозный), с картинами лагерной жизни, начальственных проработок и вплоть до проводов, мучительных посиделок перед отъездом.

Евгений Перемышлев


Для просмотра этого блока необходима регистрация


Из статьи Натальи Баландиной "Поэтическое пространство Михаила Калика. "

«До свидания, мальчики»


Предчувствиям не верю, и примет
Я не боюсь. Ни клеветы, ни яда
Я не бегу. На свете смерти нет.
Бессмертны все. Бессмертно все. Не надо
Бояться смерти ни в семнадцать лет,
Ни в семьдесят. Есть только явь и свет,
Ни тьмы, ни смерти нет на этом свете.
Мы все уже на берегу морском,
И я из тех, кто выбирает сети,
Когда идет бессмертье косяком.

Арсений Тарковский

Фильм «Человек идет за солнцем» выразил то детское чувство слияния с миром, которое появится в снах мальчика в «Ивановом детстве» Андрея Тарковского. Но наяву война разобьет его прекрасные сны, обнаружив существование такой человеческой жестокости, которая казалась невозможной детской душе. Вторжение войны меняет местами реальность бытия и призрачность сна, лишая защиты и устойчивости хрупкое детское сознание. В «Ивановом детстве» Андрей Тарковский показал ту страшную участь, которую уготовила война человеческой душе, навеки разъединив ее с заветной реальностью детства. Ту же саму угрозу выразила картина «До свидания, мальчики» Михаила Калика, которая, вместе с тем, открыла путь преодоления страшного влияния войны.
В одном из своих интервью Михаил Калик рассказывал, что у него «есть два неисчерпаемых резервуара впечатлений: первый—детство <...>, второй—одиночная камера и лагерь». Опыт лагерей Озерлага, где человеческая жизнь имела ничтожную цену, а смерть всегда была рядом, стал для режиссера жестким испытанием памяти детства. Помогла выжить изобретательная фантазия художника: «...я играл еще в такую игру, будто меня сюда специально послали как режиссера, чтобы я увидел, изучил жизнь и стал богат духовно»[8]. Михаилу Калику, по возрасту не успевшему попасть на войну (он принадлежит к младшему поколению кинематографистов, родившихся на рубеже 20-х–30-х годов), пришлось пережить те же чувства, что испытывает человек на фронте, при постоянной угрозе смерти. Грубость и бессмысленность окружающей действительности Калик воспринимал как условия лабораторного опыта самопознания, в котором он принимал участие. Лагерная жизнь оказалась «полем» испытания нравственных сил и лирического дара художника, поставленного в ситуацию непрерывного конфликта с жестоким миром. Лагерь таит то же зло для человеческой души, что и война, где мальчик, вынужденный мстить, уже не может жить в нормальных условиях. Человек осознает эту угрозу и противопоставляет ей внутреннюю силу своей личности. Художественное творчество Михаила Калика можно прокомментировать эпиграфом из Р.П.Уоррена к повести Стругацких «Пикник на обочине»: «Ты должен сделать добро из зла, потому что его больше не из чего сделать»[9]. Поэтическая свобода и красота картин Михаила Калика будет всегда рождаться из преодоления несвободы, одиночества и унижения художника, осознавшего свое предназначение. И осмысление темы войны режиссером, вернувшимся в нормальный мир из «зоны смерти», связано с его личным опытом столкновения со злом и знанием границ и точек сопротивления.
В замечательную плеяду оттепельных фильмов о войне в 1964 году входит картина Михаила Калика «До свидания, мальчики» и занимает там свое, совершенно особое место. Фильм построен на материале повести Бориса Балтера, задуманной как воспоминания героя о школьной поре, последних днях «на гражданке», вне реальности войны. История о жизни трех мальчишек из приморского городка, оканчивающих школу и уезжающих в военное училище, возникает в картине Калика как рассказ об уникальном состоянии человека, остро предчувствующего счастье. Воспоминание о детстве в фильме «До свидания, мальчики» станет «воспоминанием о будущем» для тех, кого потом назовут «шестидесятниками»,—отразит мировосприятие поколения, вступившего в эпоху Оттепели. «Мы все время жили ощущениями надежды, предстоящей радости. Вот сегодня что-то произойдет хорошее. Там было слово «казалось», оно было как бы из будущего»[10].
Режиссер обращается к теме прошлого в фильме «До свидания, мальчики» для того, чтобы воссоздать время Юности, отражающее с безупречной точностью пластику мирного времени. С первых же кадров, в которых появляется маленький белый пароход на далекой кромке горизонта, в фильм проникает тема памяти, сразу погружающая зрителя во внутренний мир автора—пространство воображения и воспоминаний.

Рано утром волна окатит
Белоснежной своей водой
И покажется в небе катер
Замечательно молодой[11].

Краткие авторские титры картины Калика, написанные от руки, словно придут из будущего—того лирического измерения, являющегося настоящим для зрителя. Герои фильма то приближены к глазам зрителя, то отдалены почти на линию горизонта. Эта смена масштаба осуществляется посредством монтажа—кадры проявляются в фильме как ожившие фотографии, бережно сохранившие счастливые мгновения жизни. Основным приемом съемки на сей раз становятся плавные, текучие переходы эпизодов. Камера Левана Пааташвили неспешно ведет зрителя по лабиринтам воспоминаний, стараясь не расплескать зыбкого вещества времени. Она пристально всматривается в песчаные пейзажи приморского городка и лица его жителей, желая уловить невидимые перемены, происходящие в облике природы и человека—изменения, которые открываются только зоркому взгляду влюбленного. Тем же пристальным, проницательным взглядом, разгадывающим что-то неведомое и важное в человеческой душе, герои фильма будут провожать всех, кто им дорог, еще не зная о предстоящей войне и не предчувствуя беды. Приметы враждебного будущего незаметно проступают в нахмуренных лицах родителей, не желающих отпускать своих сыновей в военное училище, прорываются в документальной хронике с выступлением Гитлера перед весело марширующими юношами.
«Витька погибнет в 41 году под Ново-Ржевом. Сашка в 54 году будет посмерт-но реабилитирован»,— авторские титры словно стучат в висках лирического героя, с болью пробиваясь в пространство его воспоминаний. Но зритель продолжает оставаться в том времени мальчиков конца тридцатых годов, когда на экранах кинотеатров шел фильм «Юность Максима», а из репродукторов на пляже доносилось танго «Утомленное солнце».
Вдумчивый, серьезный Володька (Евгений Стеблов), хитроумный, веселый Сашка (Николай Досталь) и коренастый, молчаливый Витька (Михаил Кононов)—три товарища, столь же неразлучные, как герои «Юности Максима»—картины, которую все они смотрят (согласно сюжету фильма Калика), а потом увлеченно обсуждают, возвращаясь домой по вымытой дождем улице. Режиссер позволяет почувствовать зрителю только настроение этого разговора, где отдельные слова не важны. Камера тщательно и подробно рисует образы этих мальчишек и их подруг (в исполнении Н.Богуновой, А.Родионовой, В.Федоровой), присматриваясь к выражению лиц, особенностям походки, и особенно к тому, о чем они молчат. Часто камера показывает своих героев со спины— сидящих на прибрежном песке или на пирсе, бредущих босиком по мокрой набережной; затем они оборачиваются назад—лицом к камере (вернее—к своим товарищам, которые всегда рядом). В начале картины мы видим стоящую лицом к морю Инку, которая оборачивается назад, к мальчикам, с крыши сарайчика наблюдающих за бушующими волнами; в финале фильма уже Володька, уходящий в море, оборачивается и не может оторвать взгляд от плачущей на берегу Инки, с которой навсегда разлучит его война.
По замыслу режиссера, основой стилистики фильма стал синтез современного киноязыка со стилем довоенных лет. В картине «До свидания, мальчики» Калик отказался от красочного колорита своего предыдущего фильма и выбрал черно-белую фактуру кадра. Но из-за того, что в пространстве кадра так много солнца и моря, «кажется, что изображение не контрастно черно-белое, а сверкающее, серебристое». Герои фильма все время будут возвращаться к морю—лирическому центру авторских воспоминаний, а взгляд режиссера— любоваться переливами солнечного света в зыбкой прозрачности воды. Море открывается глазам зрителя то с высоты полета чаек, то из глубины (когда его гладь разделяет рамку кадра посередине), а затем камера снова «выныривает» на поверхность. Картина Калика изображает мир открытых пространств— это море и небо, словно перетекающие друг в друга, где человек чувствует себя столь же свободным, как в детстве. Художественная ткань фильма Калика словно соткана из невесомой эфемерной материи.
Эта материя рождается в картине на пересечении визуального и звукового пространств—из совпадения душевного и художественного миров режиссера и композитора; оно создает своеобразный эффект «эоловой арфы», когда звук льется из самого воздуха, и музыку словно сочиняет сам ветер. В картине Михаила Калика музыку Таривердиева ничем невозможно заменить, она, словно дыхание, то слышимое, то едва заметное, пронизывает все действие и дает воздух и форму изобразительному рисунку фильма.
В основе музыкальной композиции лежит принцип полифонии, когда «несколько самостоятельных голосов движутся, прерываются, делая паузу, или же снова звучат—вместе, отдельно, вдвоем <...> и, соединяясь, дают совершенно какое-то другое ощущение <…>. Но в картине возникает не только звуковая, но и звукозрительная полифония: зрительный образ рождает звуковой, жест органично трансформируется в слово, интонация которого переходит в музыку. Музыкальные лейтмотивы взаимодействуют не только между собой, но и с текстом, репликами, шумом колес, зрительными образами»[12]. Фильм начинается увертюрой без слов, но в ее ритме скрыта фраза, давшая название фильму—«До свидания, мальчики»; ее мотив вновь вернется в финале—в крике девочки, бегущей по берегу моря и не желающей признавать власть расстояния.
Море—это поэтическая метафора стихии времени, с его непрерывностью и бесконечностью. Между прошлым и будущим нет границ, просто одно превращается в другое, перетекает «как в реке вода», навсегда сохраняя дар Юности. В мире фильма, где присутствие будущего проявляется в авторских надписях от руки и военной хронике, анахронизмом кажется сама эта хроника, а не бытие героев, которое достовернее будущей войны. Ведь герой, пережив войну, сохранил в себе эту «мальчишескую» реальность как некую высшую ценность, как меру внутренней свободы и целостности бытия. Если Тарковский показал нам душу, ослепленную войной, то Калик—неповторимость внутреннего мира человека даже в его повседневном существовании и бессилие обезличивающей войны в сравнении с этим.
В фильме «Летят журавли» война разрушила мечту о счастье, принесла героине ощущение потерянности и сиротства. В картине «До свидания, мальчики» эта мечта одушевляется и заполняет все экранное пространство: здесь герои почти всегда разговаривают о будущем,—о том, как они станут лейтенантами, о том, что будет, когда они поженятся. «Ты вернешься, и мы всегда будем вместе». Фильмы «Летят журавли» и «До свидания, мальчики» сближает поэтическое утверждение, что чувства, объединяющие близких людей, могут быть сильнее самой реальности. Об этом кричат журавли в финале фильма, и думает Вероника, когда на вокзале раздает цветы тем, кто вернулся. И об этом кричит девочка, бегущая по морскому берегу в картине Калика, когда ее мелькающий силуэт сливается с прозрачностью воздуха и бесконечностью моря,—под взглядом мальчиков из окна мчащегося поезда.
Картина Михаила Калика выразила атмосферу эпохи Оттепели, которая открыла в повседневности состояние невесомости, «вещество» парения—зыбкое, изменчивое, прихотливое, как морская волна, перевертывающая последнюю страницу кадра «До свидания, мальчики». Но вместе с тем, и даже в большей степени, картина выявила удивительный лирический дар режиссера, не подвластный реалиям времени и преодолевающий своей силой власть действительности.

Рип предоставлен для ознакомления, посмотрев вы просто обязанны приобрести оригинальныe ДВД!!!
К началу страницы
 
+Цитировать сообщение

Ответ в темуСоздание новой темы
1 чел. читают эту тему (гостей: 1, скрытых пользователей: 0)
Пользователей: 0

 

Текстовая версия Сейчас: Ср, 14 Ноября 2018, 20:21


 
AiwanВs emoticons KOLOBOK-Style
Russian America Top. Рейтинг ресурсов Русской Америки.
Рейтинг Новостей Америки
Ozon.ru